Психология юношеского возраста. На главную

 


Глава I
Юность как предмет научного исследования

I. 2. Методологические проблемы возрастной психологии. Часть 4

Преимущество лонгитюдного метода перед методом поперечных срезов состоит в том, что, будучи более сложным и индивидуализированным, он точнее определяет перспективу дальнейшего психического развития, а также генетические связи между его фазами. Однако лонгитюд сопряжен с большими трудностями. Прежде всего встает вопрос о границах изучаемого периода. Закономерности переходного возраста можно понять только при условии, что известны особенности, с одной стороны, детства, а с другой — взрослости.

Между тем подавляющее большинство исследований в сфере возрастной психологии, начинаясь с «детского» конца, до взрослости не доходит. О том, что представляет собой взрослость, как изменяется человек после достижения половой и социальной зрелости и до начала старения психологи знают очень мало, хотя такие исследования ведутся (*Ананьев Б. Г. Развитие психофизических функций взрослых людей. М., Педагогика, 1972; О проблемах современного человекознания. М.. Паука, 1977. Раздел VI. Некоторые проблемы психологии взрослых).

В последние годы вместо разобщенного изучения, с одной стороны, периода созревания и формирования личности (детство, отрочество и юность), а с другой — периода старения ученые начинают исследовать весь жизненный путь в целом, от рождения до смерти. Но как охватить такой большой отрезок времени? Не меньше трудностей представляет проблема комплексности. Есть много лонгитюдов, прослеживающих отдельно развитие интеллекта, сенсорных, психомоторных или профессиональных качеств. Значительно меньше исследований, посвященных развитию личности в целом.

Самое крупное из них — исследование, осуществленное сотрудниками Института развития человека Калифорнийского университета в Беркли (в дальнейшем мы будем его называть — Калифорнийский лонгитюд). Оно включало в себя три выборки. Первая выборка была сделана в 1928 г. в Беркли и состояла из 248 младенцев в возрасте 21 месяца; их регулярно обследовали до 18 лет и затем однократно в 30 и в 40 лет. Вторая выборка состояла из новорожденных, которых регулярно обследовали до 18 лет, а затем в 21,26 и 36 лет.

Третья выборка, изучение которой началось в 1932 г. в Окленде, включала 212 пятиклассников (средний возраст 11 лет), информация о первых десяти годах их жизни отсутствует, зато подробно изучался переход от подросткового возраста к юности и от юности к зрелости вплоть до 45 лет. Во всех трех исследованиях использовали широкий круг методов, включая антропометрию, рентгеноскопию (для определения скелетной зрелости), всевозможные психологические тесты, оценки и наблюдения.

Данные подвергались тщательной экспертизе и математической обработке, причем степень устойчивости или изменчивости отдельных личностных свойств и самих типов развития вычислялась отдельно для подросткового возраста, для юности (14—17 лет) и для перехода от юности к взрослости (от 17 до 37 лет). Результаты Калифорнийского лонгитюда, опубликованные во множестве книг и статей, чрезвычайно ценны и уникальны. Его архивы и ныне изучаются под новыми углами зрения. Однако он наглядно показывает также недостатки и трудности этой стратегии исследования.

Прежде всего велики трудности материального и организационного порядка. 40-летнее исследование очень дорого стоит; за это время неизбежно сменяется исследовательский персонал и руководство; если методы исследования не будут достаточно жестко стандартизированы, это сделает результаты несопоставимыми. Но исследовательская техника и критерии надежности меняются по мере развития психологии. Очень велик отсев испытуемых. Из 460 детей, составлявших две первоначальные выборки Калифорнийского лонгитюда, обследовать во взрослом состоянии удалось только 171 человека.

В аналогичном исследовании, начатом в 1949 г. учеными Лондонского университета, первоначальная выборка составляла 220 младенцев; к тому времени, как им исполнилось 15 лет, осталось только 100 человек, кто-то уехал, не оставив адреса, чьи-то родители не захотели продолжать обследование, а где-то отказались продолжать его сами испытуемые. Ведь такое многолетнее исследование более интимно, чем еженедельная исповедь; участвующий в нем человек заведомо идет на то, что психологи будут знать о нем больше, чем он сам о себе. Поэтому как раз в юношеском возрасте учащаются отказы.

Если поперечные срезы имеют тенденцию нивелировать индивидуальные различия, то в лонгитюде, в связи с малой выборкой, эти различия, в том числе случайные, невольно гипертрофируются. Важнейшее требование к участникам лонгитюда — их готовность к длительному исследованию; это предполагает достаточно высокий уровень образованности, что уже делает выборку социологически нерепрезентативной (т.е. не представляющей реальной структуры населения). Кроме того, распространяя выводы лонгитюда на других людей, необходимо тщательно взвесить, какие из зафиксированных изменений действительно обусловлены возрастными процессами, а какие — спецификой изучавшейся когорты.

Предыдущая | Содержание | Следующая
 

 


 

2010. Психология юношеского возраста.