Психология юношеского возраста. На главную

 


Глава V
Общество сверстников и юношеские группы

V. 3. Спонтанные группы и свободное общение. Часть 5


Хотя эмпирические данные о связи этих свойств с возрастом противоречивы, пик ориентации на сверстников, желание «быть, как все», потребности в одобрении и конформности по отношению к группе приходится на подростковый возраст; в юности, по мере того как личность начинает равняться на внутренние, усвоенные и выработанные ею правила, конформность постепенно снижается, уступая место более активному самоопределению, коллективистическому или индивидуалистическому, в зависимости от направленности личности.

Однако типичное для многих трудных подростков отставание в интеллектуальном развитии, а также их изолированность в школьных и иных коллективах ведут к тому, что молодые люди и в юности нередко склонны к гиперидентификации со своей спонтанной группой, тем более что для многих из них эта группа является, по существу, единственной. По данным Прокуратуры СССР, коэффициент преступности среди подростков, которые не работают и не учатся, в 24 раза выше, чем среди школьников (*См.: Гусев С. Закон и подросток. — Лит. газ., 1977, 13 июля.).

Важную роль в повышении сплоченности спонтанных групп играют социально-психологические механизмы подражания и психического заражения. Психологи давно замечают жестокость, свойственную многим подростковым и юношеским группам, особенно имеющим антисоциальную направленность. Отчасти это объясняется упрощенными представлениями подростков о свойствах «маскулинности» и мужской роли: осуждение мягкости и нежности, отождествление мужественности и грубости и т. п. Проявления жестокости к животным или к людям иногда воспринимаются подростками как упражнения воли, признак смелости и т.д.

Вместе с тем анонимность группового поведения рождает чувство личной безответственности, безнаказанности и усиливает эффект эмоционального заражения. Юноша может не испытывать никакого желания вступать в драку, но когда это делает его более агрессивный товарищ, он поддерживает его из чувства групповой солидарности и по какой-то непонятной ему самому, эмоциональной инерции. Чтобы сбить этот настрой или хотя бы противостоять ему, нужна большая сила воли и развитое моральное сознание (это хорошо показано в повести М. Ибрагимбекова «И тогда я сказал нет!..» и одноименном фильме).

Разная направленность спонтанных групп определяет и дифференцированное отношение к ним педагогов. Уже в 1920-х годах, когда особенно остро стояла проблема беспризорности, советские педагоги и психологи (Е. А. Аркин, П. П. Блонский, А. С. Залужный, А. А. Смирнов, С. Т. Шацкий, С. П. Штериман и, конечно, А. С. Макаренко) уделяли большое внимание отношениям, стихийно складывающимся на улице, подчеркивая, что надо не бороться «с улицей», а стараться организовать, подчинить ее своему влиянию.

Систематическая работа в этом направлении ведется и сегодня. Разумеется, превращать спонтанные группы в организованные коллективы типа школьного класса невозможно и не нужно, так как они отвечают разным психологическим потребностям. Но существует множество промежуточных форм, позволяющих совместить разновозрастность и достаточно высокую степень спонтанности с ненавязчивым влиянием взрослых. Таковы прежде всего разнообразные юношеские клубы, существующие во многих городах страны, в том числе клубы и лагеря для трудных подростков.

Например, в Ленинграде в орбиту воспитательной работы с подростками втянуты все предприятия, учреждения и организации. Работа ведется по микрорайонам на основе комплексного плана. К подросткам пришли 30 тыс. рабочих-наставников, почти 2 тыс. общественных тренеров, руководителей студий, кружков. Это значительно снизило число совершаемых подростками правонарушений. Поскольку лидерами спонтанных групп являются в большинстве случаев не взрослые, а юноши 17—18 лет или несколько старше, то основное звено воспитательной работы — подбор хороших, инициативных вожаков из числа молодых рабочих или студентов, которые умеют увлечь ребят и которым вместе с тем чужда учительская назидательность.

Как бы то ни было, формирование личности не ограничивается стенами школьного класса. Эффективность педагогического воздействия зависит не только от направленности и степени сплоченности школьного коллектива, но и от того, сумеет ли школа с помощью общественности повлиять на свободное общение своих воспитанников и направленность возникающих при этом спонтанных групп. К сожалению, очень часто школа не знает, да и не интересуется свободным общением своих воспитанников. С этим связан ряд типичных педагогических просчетов.

Незнание позиций ученика в стихийной группе приводит учителя к неверным выводам об уровне активности ученика, его возможностях и притязаниях и о путях педагогического воздействия на него. Отсутствие информированности о стихийных группах, к которым принадлежат ученики, мешает классному руководителю понять структуру и особенности межличностных отношений в классе и ведет к большим погрешностям во внешкольной воспитательной работе, особенно в том, что касается профилактики групповых правонарушений несовершеннолетних.

Предыдущая | Содержание | Следующая
 

 


 

2010. Психология юношеского возраста.