Психология юношеского возраста. На главную

 


Глава I
Юность как предмет научного исследования

I. 3. Теории юности в зарубежной психологии. Часть 5

Пятая фаза — юность — характеризуется появлением чувства своей идентичности, индивидуальности, непохожести на других, в отрицательном же варианте возникает противоположность — диффузное, расплывчатое «я», ролевая и личностная неопределенность. Типичная черта этой фазы развития — «ролевой мораторий» (от лат. moratorium — отсрочка): диапазон выполняемых ролей расширяется, но юноша не усваивает эти роли всерьез и окончательно, а как бы пробует, примеряет их к себе.

Эриксон подробно анализирует механизмы формирования самосознания, новое чувство времени, психосексуальные интересы, а также патогенные процессы и варианты развития юности. Шестая фаза — молодость — характеризуется появлением потребности и способности к интимной психологической близости с другим человеком, включая сексуальную близость. Ее альтернатива — чувство изоляции и одиночества.

Важнейшее приобретение седьмой фазы — взрослости — творческая деятельность и сопутствующее ей чувство продуктивности проявляются не только в труде, но и в заботе о других, включая потомство, в потребности передавать свой опыт и т.д. В отрицательном варианте появляется чувство стагнации (застоя).

Последняя, восьмая фаза — зрелый возраст, или старость — характеризуется появлением чувства удовлетворенности, полноты жизни, исполненного долга, а в отрицательном случае — отчаянием и разочарованием. Высшая добродетель этого возраста — отрешенность и мудрость, т.е. способность смотреть на дело своих и чужих рук с определенной высоты.

Работы Эриксона содержат много ценных наблюдений о развитии эмоций и самосознания в юности, а также о типичной для этого возраста психопатологии (расстройство временной перспективы, кризис идентичности и т.д.). Однако Эриксон так и не смог преодолеть абстрактных общих принципов фрейдизма, ставящего в основу психосексуальное развитие. Анализируя развитие эмоций и самосознания, Эриксон уделяет мало внимания интеллекту, который существенно влияет на содержание всех остальных психических процессов. Далее, он сплошь и рядом не различает осознание тех или иных психических состояний от их непосредственного переживания.

Стадии эпигенетической модели Эриксона не всегда соотносятся с определенным хронологическим возрастом; некоторые аспекты формирования идентичности, которые Эриксон относит к юности, фактически переживаются уже в подростковом возрасте. Подчеркивая «кризисный», конфликтный характер процесса развития, Эриксон недооценивает свойственную ему преемственность. И, наконец, самое важное: хотя Эриксон уделяет много внимания социально-историческим аспектам формирования личности, это делается недостаточно конкретно.

Кризисы в развитии выглядят в его концепции следствием противоречий между вызревающими у ребенка внутренними свойствами и окружающей средой, причем сами возрастные новообразования он формулирует излишне жестко и нормативно. Между тем реальное содержание «автономии», «инициативы» или «идентичности» меняется на разных стадиях жизненного пути и в зависимости от характера деятельности индивида.

Психодинамические теории пытаются объяснить развитие личности через имманентные, внутренне присущие ей чувства и влечения, имеющие в конечном счете природные, биологические истоки. Представители персонологической (личностной) ориентации, напротив, считают внутренний мир индивида принципиально несводимым к каким бы то ни было природным или социальным детерминантам. Ярче всего эта ориентация выражена в немецкой «понимающей психологии» 1920—1930-х годов.

По мнению Э. Шпрангера (*См. о нем: Божович Л. И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., Просвещение, 1968, с. 46—53), автора влиятельной книги «Психология юношеского возраста», главная задача психологии — познание внутреннего мира личности, который тесно связан с культурой и историей.

Предыдущая | Содержание | Следующая
 

 


 

2010. Психология юношеского возраста.